Ссылки на странице
Муниципальное бюджетное учреждение
«Центр культурного развития «Синьковский»

При жизни Лапенкова Любовь Александровна вспоминала:
В начале войны мне было 16 лет. Когда стали бомбить нашу деревню мы прятались у скотного двора, оттуда и увидели что едут на мотоциклах немцы. Жили они у нас в доме, а мы ютились в чулане. Оди фин был очень злой, вытащит автомат и говорит «Матка, пух — пух». В лесу за Копытово были партизаны, брат Витя и Постнов Николай насилии ночами партизанам донесения и кормили их. Немцы особо ночью не высовывались, боялись наших партизан. Были у нас и предатели. Алексей Бабарсков был за немцев.

Постнова Мария Васильевна, родилась в 1937 году.
Когда началась война, мне было 4 года, но я запомнила то время. Когда немцы ворвались в нашу деревню Пруды, была сильная бомбежка. Мы побежали с мамой и братом в «бомбоубежище», которое нам приготовил отчим уходя на войну. Взрывы снаряды, сплошь стрельба. Мы дрожали от страха. Рядом с нами за яблоней отбывался наш солдат от немцев. Позже мы увидели кучу гильз, а солдата не было. После бомбежки наша деревня вся горела. Мама вскочила в избу и вынесла нам буханку хлеба в сумке и велела нам бежать за народом. А народ бежал к лесу, а пули свистели над нами. Когда мы прибежали к лесу, нас наши солдаты не пустили дальше. Там было все заминировано. Мы вернулись обратно, а куда идти все горит. К вечеру весь народ пошел в овощехранилище. Сколько времени мы там жили не помню. После стали расселятся, кто куда, у кого сохранились дома от пожара. Нас приютила семья Степновых, хотя их самих было 5 человек. Немцы остались в деревни Пруды. И тоже пришли жить в дом к Степновым. Я помню как то раз я сильно капризничала, плакала. А немец дал мне кусок хлеба с тушенкой. Я его не взяла а кинула на пол. Тогда мне от немца досталось кнутом. Я убежала на печку и притихла, испугалась.
Еды в доме не было, все обобрали немцы.

Матушкина Таисия Тимофеевна родилась в 1928г.
Фашистские войска вошли в город Вележ 13.07.1941г., мы попали в акупацию. Среди русских нашлись предателями из них фашисты создали полицию. Был такой предатель Сычев, и под его руководством был создан расстрельный список. В центре города были поставлены виселицы, выводили народ смотреть на повешенных, кто отворачивался били прикладом. Мы узнали, что тоже в этом списке и убежали к деду в деревню Додоны. Но долго там оставаться было нельзя, пришлось уйти в лес. Рыли землянки, одеть было не чего. Помогали нам партизаны – окруженцы, приносили продукты. Четыре месяца жили в лесу. 28 января 1942 года нас освободили, солдаты меня выносили на руках, у меня был тиф. 1 год и восемь месяцев у г.Вележ проходила линия фронта, город сровняли с землей. Освобождала Вележ Армия с командиром по фамилии Еременко.
В 1945 году пошла в школу, но было уже пропущено 3 года. Бегу дорогой, на встречу солдат в обнимку с девушкой. Не принято было обниматься прилюдно, я хотела сделать им замечание. А солдат говорит: «Девочка, война закончилась». На площади Дзержинского все танцевали, а я плакала весь день.

Сморчков Михаил Герасимович родился в 1929г.
Когда началась война мне не было 12 лет. Но я дружил с комсомольцами, Бабарковым Виктором, Хохловым Иваном и другими ребятами. Немцы пришли в деревню Александрово, и нам нельзя было оставаться дома. Сразу под расстрел попадали. У немцев уже были списки актива деревни. Даже могилу у дубков (как идти на плотину) заставили вырыть. Согнали всю молодежь, что не ушли на фронт, рыли не один день. Комсомольцы решили уйти из деревни и я вместе с ними. Это было в ноябре 1941 года, ползли через реку Яхрому в лес по тонкому льду, в сторону Говеново. Там были наши войска, допросили нас по всей строгости и отпустили. Ребята все по старше меня, а я маленький все ноги стер в кровь. Хотел вернутся обратно домой, но там смерть, туда нельзя.

Сутормина Мария Григорьевна родилась 1941г.
Родилась 14 июня 1941г. в Тамбовской области, село Новоюрьево. Окончила 7 классов. Работала на торфоразработке, снимала плодородный слой земли. Лопатой, киркой, ломом убирала корни деревьев, кустарников. Потом пришлось работать на стройке, мыла щебень в ручную, потом щебень отправляли для строительства.
В 1978 году переехала в село Рогачево. Работала в совхозе Рогачевский дояркой пенсии. Но и уйдя на пенсию продолжала работать и дояркой и скотником. До настоящего времени Мария Григорьевна имеет свое подсобное хозяйство, держат коров и трудится на огороде.
Воспоминания Марии Григорьевны о годах после Великой отечественной войны:
Мать работала в поле, детей было трое, отец пропал без вести на реке Днестр. Мы голодали. Пшеницу сеяли на своем маленьком огороде, не дождавшись когда созреют колоски срывали и ели зернышки. Старший брат Леша в 12 лет пошел работать трактористом. После уборки осенью раздавали зерно, на нашу семью получали один мешок на весь год. Мать экономила, одну горсть зерна смолит в ручную, а бабушка к вечеру сварит эту горсть муки на пол ведра воды. Вот такую баланду ели, было голодно.
Скотины не было, т.к. кормить ее тоже было не чем. Помню на пасху бабушка сварит два яйца, посветила в церкви, одно яйцо батюшке отдаст, второе разделит на несколько частей и по крошки каждому раздаст.
Носить было не чего, я носила тапочки из сукна сшитые соседкой. А брату деревенский дед Данила сплел лапти, да и прибил к ним деревяшки спереди и сзади, что бы носились дольше. Брат Перт работал на лошади тоже с 12 лет, а как носить дольше и по снегу, и в дождь, круглый год. Тут же разобьет свою не хитрую обувку. Изба была маленькая, худая, холодная. Ткали из отходов конопли дерюги , слали на лавки и спали так, укрывались тоже дерюгами.